Мир

Мой комментарий к записи «"Язык как инстинкт" Стивен Пинкер» от majstavitskaja в chto_chitat

Не очень понимаю, как к теоретизированию Хомского можно серьёзно относиться в 21м веке. Его построения уже столько раз опровергались эмпирическими данными,.. и каждый раз единственным результатом было только прикручивание очередных костылей к исходной (и без того — не безупречной конструкции). Причём сам Хомский вёл себя в этих ситуациях не так что бы безупречно. Сначала его прекрасному теоретическому зданию подгадили обезьяны. Когда оказалось, что их можно обучить общаться на языке глухонемых. Тогда он обрушился с критикой на языковые проекты обучения приматов языкам-посредникам, дескать никакая это не речь — это просто дрессировка такая. Ну-ну. (Видимо в его понимании все практические результаты не вписывающиеся в его теоретические построения можно выкинуть на помойку не должны приниматься во внимание). А когда стало окончательно понятно, что подобная аргументация не очень работает, на первое место выдвинули свойство рекурсивности. Дескать язык — это только то, на чём можно строить рекурсивные конструкции ("я оглянулся посмотреть не оглянулась ли она чтоб посмотреть не оглянулся ли я"). А т.к. обезьяны такого не умеют, то можно сделать вид, что они как бы и не разговаривают.
Ну тут ему уже подгадили сами люди. А конкретнее — некое амазонское племя пираха при посредничестве матери нашей, евангелической церкви. Так получилось, что проповедник по фамилии Эверетт, которого прислали к ним нести херню в массы слово божие, честно попытался выучить их язык, ничего не понял, но не сдался, и решил подойти к делу обстоятельно. И пошёл получать лингвистическое образование, которое по тем временам было целиком индоктринированно генеративной грамматикой. И когда он попытался применить эти теории на практике, оказалось, что рекурсивные конструкции в этом языке пираха отсутствуют, тогда как по Хомскому они являются основой того, что отличает нас от обезьян. Эверет конечно на радостях наплевал на слово божие и реши делать картеру лингвиста. А вот Хомскому-со-товарищи пришлось в очередной раз спешно "дорабатывать изделие напильником", и переформулировать определение рекурсии так, что бы было ничего не понятно оно хотя как-то согласовалось с эмпирикой.
На это месте я честно говоря уже плюнул, и дальше за развитием это овнодрамы следить перестал. Но в общем не сомневаюсь, что там ещё что-то такое шевелится до исх пор. Что, кстати является отличной иллюстрацией куновского постулата о том, что теории уходят только тогда, когда вымираю их носители.
З.Ы. Кстате о Пинкере.. Я не склонен искать изобретателя любого велосипеда в родных пенатах, но всё таки. Его Better angels вышли в 2011 (если не врёт вики;). А "Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории." Назаретяна в 2004. ("Эволюция ненасилия: историческая ретроспектива" 2007). При этом тот же по результатам анализ там во-первых занимает одну главу. А во-вторых, не висит в воздухе, а вписан в контекст некоторой теории. Да, не бесспорной конечно (мягко говоря), но хоть что-то. (Рассуждения самого Пинкера о причинах снижения насилия назвать иначе как беспомощными у меня просто язык не поворачивается, сорри).

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

Мир

"Макроистория" Коллинза

Сегодня поговорим про статью Рендела Коллинза «Market dynamics as the engine of historical change» / Рыночная динамика как движущая сила исторических изменений. Так же она входит 6й главой в его «Макроисторию». Как видно уже из названия, здесь Коллинз исследует, насколько подробно можно проанализировать макроисторическое развитие цивилизации, ограничиваясь анализом исключительно рыночных отношений:

«предположим, что есть нечто дельное в таких подразделениях как первобытный  коммунизм, рабовладельческая экономика, феодализм и капитализм.  Представим, однако, что ведущий сектор в каждой из этих форм — это не способ производства и накопления, но особый тип рынка, и что именно из-за рыночной динамики каждая форма социальной  организации переживает рост, кризисы и преобразование в другой тип.» 

Что касается типов рынков, то автор выделяет их четыре штуки, в полном соответствии с вышеперечисленными марксистскими формациями:

1. Рынки родства: «в основанных на родстве, или родоплеменных (kin-based), обществах, главным рынком является сама система родства: рынок союзов, образованных перекрестными  браками. Вместо первобытного коммунизма с коллективной собственностью, о котором писали Маркс и Энгельс, здесь имеется сексуальная собственность как способ присвоения

Collapse )
Мир

Лю Цисинь как зеркало эволюции (фантастики).

Прочёл я таки «Задачу трёх тел» (пока - первую книгу) - ну, такое… Как говорится, «замах – рублёвый, а вот удар..» =))Дальше спойлеры, если вдруг кто не читал.. 

Если «вкрации», автор закрутил такую интригу, что ему пришлось выдавать другой цивилизации вундервафлю, далеко выходящую за рамки хард сай фай. Научная достоверность в очередной раз принесена в жертву нагнетанию «драматизьмы». Ладно, все уже привыкли. (См. Гравитация, Чернобыль и т.д.). Проблема в том, что автор этой вундервафлей распорядился совершенно абсурдно… если не сказать – тупо, чего уж там. 

Это видимо вообще типично для этого автора. Например: У нас есть группа страшных заговорщиков, сотрудничающих с инопланетными жидо-рептилоидами. У этих заговорщиков есть атомная бомба, причём миниатюрная, и не фонящая. И что они с ней сделают? Заминируют крупный город? Или может ядерную электростанцию рядом с городом? Или плотину на ГЭС? Не-е.. это слишком просто! Ядерная бомба будет стоять на столе, в комнате общего собрания, изображая часть эмблемы компьютерной игры. Если это не фейспалм, я вообще тогда не понимаю, как это назвать.. И весь этот бред нужен, что характерно, исключительно для нагнетания очередной драматизьмы и усугубления героичности главного героя. Типа он способен легко дышать парами плутония (распылённого несинхронным подрывом имплозионной схемы) и ничего ему от этого не будет.  Ну да: «Кто ж его посадит – он же памятник», действительно. 

Collapse )
Мир

Второе начало экономики.

Любая сложная система работает за счёт разницы потенциалов. В рыночной экономике, как сложной системе, потенциалом является стоимость. Система работает за счёт того, что товар можно купить за недорого, потом перевезти или обработать и продать дороже. В капиталистической экономике труд тоже товар, так что производить лучше там где труд дешёвый, а продавать там где наоборот. Пока всё тривиально. 

Пока мы не задумаемся о том, что работа любой системы должна приводить к росту энтропии, т.е. выравниванию разности потенциалов. Следовательно, функционирование экономической системы приводит к снижению денежного (как эквивалента стоимости) неравенства. Фактически, неравенство является топливом экономической системы. А теперь внимание, вопрос: Сколько ещё осталось осталось этого топлива, т.е. насколько система близка к своей тепловой смерти? 

На протяжении всей истории это работало, пока было множество незамкнутых мир-систем, с сильно отличными уровнями стоимости, поддерживающими разность потенциалов. Но начиная с долгого 16го века мы имеем одну единую мир-экономику. Такая система замкнута по определению, следовательно энтропия в ней может только расти, а разность потенциалов — падать. 

Collapse )
Мир

Мой комментарий к записи «Место для вопроса» от ivanov_petrov

Спасибо за ответы. Посмотрел я сейчас у Расторгуевой главу Evolution of language и чот прям взгрустнул. Каким-то духом истмата от неё веет: Like any movement in nature and society, the evolution of language is caused by the struggle of opposites.
Но грустно даж не это — просто меня интересовала несколько другая сторона вопроса: "Чем древнейшие дописьменные языки отличаются от первых письменных и далее к современности?". Давайте я опишу, в двух словах как я вижу вопрос эволюции языков, что бы вам понятней было — есть ли что-то по этой теме. (И насколько оно вообще соотносится с релальностью;)
- древнейшие языки: высокая "сложность" - минимум морфологии и средств категоризации. При этом слова обозначающие единственное/множественное число могут быть даже не однокоренными. Кроме привычных нам числа, времени и т.п. специфические лингвистические конструкции, например для разделения увиденного воочию или услышанного с чужих слов.
- древние (письменные): ограничивается перечень привычных нам конструкций (число, падежи, склонения) но растёт число вариантов каждой из них — двойственное/тройственное число и т.д. Отдельные ряды числительных для подсчёта разных типов предметов.
- актуальные: та самая "унификация", сокращение разнообразия падежей и чисел и перенос выразительных средств на семантический уровень.
Собственно, всё это вполне вписывается в правило Седова: рост разнообразия следующего уровня иерархии происходит за счёт сокращения разнообразия (унификации) предыдущего. Т.е. сначала (при формировании письменности?) с развитием морфологии произошло сокращение разнообразия словарного запаса (корней) и экзотических лингвистических конструкций. Зато росло разнообразие сохранившихся конструкций (времён, чисел, рядов числительных и т.п). Уже ближе к современности (с появлением литературы и формирование литературного языка?) стало возможно выразить больше оттенков смысла в тексте. Соответственно, разнообразие чисто языковых средств стало постепенно усыхать, что вы и назвали унификацией.
Вот как видят этот процесс лингвисты мне бы и хотелось прояснить. Т.е. некоторая макроэволюция языковой системы в целом.

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий


Мир

Мой комментарий к записи «Человеческая жизнь - беличье колесо: фрагмент "букета для улитки" и поиск…

Что бы понять предмет, нужно знать его предысторию. А что бы понять историю "среднего человека" нужно рассмотреть эволюцию индивидуальности как таковой:
- Примитивные общества (объединённые семейными/личными связями), состоят из нескольких десятков человек, и вообще не способны поддерживать достаточно сложную культуру, что бы в ней сформировалось хотя бы логическое мышление. Не говоря уже о таких абстрактных концептах как "индивидуальный смысл".
- Иерархические сообщества уже совсем другое дело. Но в них понимание индивидуальной свободы было ограничено интересами тех институтов, в которые индивид был включён. Т.е. семьи/клана/фратрии/цеха/касты или сословия. С кем дружить, на ком жениться, кем работать, и даже как одеваться — всё это в большой степени определялось не из "индивидуального смысла", а исходя из устоявшихся норм и сиюминутных интересов соответствующих социальных структур. Таким образом, на протяжении 99% двухсот тысячелетней истории человека как вида, никакого "индивидуального смысла" не горизонте не просматривается (по крайней мере — в товарных количествах).
- Ситуация меняется, начиная с "длинного 16го века", когда фокус социальных связей смещается из власти (основанной на страхе) в сферу экономики, основанной на выгоде. Вертикальные/однонаправленные топологии властных иерархий дополняются горизонтальными экономическими/двусторонними взаимо-связями. Чёткие границы пирамиды статусов постепенно размываются. Результаты этих процессов становятся наглядно заметны веке в 18м, особенно в творчестве философов - энциклопедистов/ просветителей. Науку они воспринимают как новую религию, жрецами которой полагают себя (кто-то более явно, кто-то менее). "Среднего человека" же они видят как некую заготовку/полуфабрикат философа, которой до готовности пока нехватает общего просвещения и знаний. Соответствующим образом строится и система общего образования, скопированная с прусского метода подготовки вчерашних крестьян к службе в массовой армии. Только вместо армии — теперь фабрики. То есть, несмотря на все декларации, реально простора для реализации "индивидуального смысла" не так что бы много.
- Реальное же развитие индивидуальности происходит только в 20м веке. Как ни странно — с появлением массового общества и распространением не менее массовой культуры. Т.е. в процессе очередного смещения фокуса социальных связей, на этот раз — сферу культуры. Дело в том, что "индивидуальный смысл" может вырасти только из не менее индивидуальной, т.е. персонализированной культуры. Но до 20го века 90% населения были вообще отделены от культурного пространства, наполнявшегося исключительно аристократической элитарной культурой. Средства массовой информации (и кинематограф) убрали этот барьер и культура стала массовой. Но всё ещё — не индивидуальной, для этого просто не было технических средств. Ну, до появления интернета.
[Глобальная сеть...]Глобальная сеть и распространение гаджетов возвращают нас к топологии соединения кажого-с-каждым, как в примитивных обществах. Но уже на совершенно другом уровне. Теперь связи индивида определяются не только и не столько местом его рождения и проживания, сколько его теми самыми пресловутыми "индивидуальными смыслами". Да, в подавляющем большинстве они ещё не слишком "индивидуальны". Пока. Но нужно иметь в виду, что подавляющее большинство не будет формулировать свои ценности и нормы поведения самостоятельно. Когда мы хотим почитать мы не пишем книгу сами. И не снимаем кино, что бы потом было что посмотреть. Всё это мы извлекаем из культурного пространства. Что не отменяет возможности иногда что-то самим добавить в это самое пространство.
Ценность "карты сокровища" из первой цитаты определятся её соответствием территории. Т.е. "индивидуальность" смысла означает его соответствие потребностям текущей структуры личности. Ценность книги или фильма определяется его соответствием нашим текущим вкусам. То же самое и с ценностями и смыслами. В чём была проблема просветителей? Они всех остальных людей видят как недоделанных философов, тогда как у большинства совершенно другие и ценности и цели в жизни. Почему-то до них не доходило, что если что-то хорошо работает для них самих, не обязательно будет так же хорошо для всех остальных. Интернет позволяет решить эту проблему, и найти сообщество с максимально близкими "смыслами" которые и можно назвать "индивидуальными".                     Понятно, что если "может решить" — это не значит, что уже сейчас всегда решает. Сначала должно вырасти новое поколение, для которого такая техническая возможность доступна с самого детства. Только это поколение создаст массовый запрос на ту самую "карту сокровищ", и соответственно начнёт создавать инструменты, позволяющие эту карту найти. На практическом плане это средства персонализированных рекомендаций — не только книг, музыки и кино, но и людей и их сообществ. На теоретическом уровне — это методы объективной оценки качеств личности. Если мы хотим иметь возможность теоретически рассчитать конструкцию, мы должны знать свойства используемых материалов: их плотность, коэффициенты теплового расширения, устойчивость к разным видам нагрузок и т.д. Если мы хотим конструировать социальные структуры — мы должны уметь измерять аналогичные параметры для составляющих их материалов, т.е. для людей. Правда, всё это предполагает совершенно новый, гораздо более высокий уровень прозрачности жизни отдельной личности, но это уже точно совсем другая история.
 

Итого: 

- на протяжении 99% нашей истории у 99% населения небыло даже представления о том, что вообще возможен некий "индивидуальный смысл" жизни. 

- начало оформления запроса на "индивидуальный смысл" в виде "массовой культуры" - это результат развития СМИ и феномен последних 100-150 лет социальной эволюции.

- распространение интернета и гаджетов уже сейчас создаёт техническую возможность перехода от "массовой культуры" к множеству персонализированных субкультур

- решение проблемы возможно со сменой поколений, когда будет создан действительно массовый запрос на "индивидуальный смысл".

- практическим инструментами могут стать персонализированные рекомендации не только в информационном потреблении (фильмы/музыка/новости) но и в связях, т.е. рекомендации людей и сообществ (вообще развитие ИИ персональных помощников и прочего экзокортекса).

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий


Мир

Со времён Крымской войны ничего особо и не поменялось

 

Бездарных несколько семей
Путем богатства и поклонов
Владеют родиной моей.
Стоят превыше всех законов,
Стеной стоят вокруг царя,
Как мопсы жадные и злые,
И простодушно говоря:
«Ведь только мы и есть Россия!» 

А. Майков, 1855 или 1856 

З.Ы. Рекомендую Панфилов «Россия, которую мы...». Весьма душевный цикл.

Мир

Е. М. Мелетинский, "ПОЭТИКА МИФА"

«кардинальная  черта  мифа, особенно  первобытного,  заключается  в  сведении  сущности  вещей  к  их  генезису:  объяснить  устройство  вещи — это  значит рассказать,  как  она  делалась;  описать  окружающий  мир — то  же  самое,  что  поведать  историю  его  первотворения.  Мы знаем,  что  корни  подобных  представлений — в  мифологическом  отождествлении  начала  и  принципа,  временной  и  причинно-следственной  последовательности,  представлении  о  причинно-следственном  процессе  как  материальной  метаморфозе, замене  одной  конкретной  материи  на  другую  в  рамках  индивидуального  события  ...

Леви-Стросс  прав,  говоря,  что  мифология  в  отличие от  науки  выводит  структуру  из  истории,  подразумевая  под  историей  в  данном  случае  просто  совокупность  вымышленных  сюжетов,  «историй»  относительно  предков  и  богов

Пожалуй наиболее точное описание корня тех проблем, которые СТЭ (дарвинизм) испытывают с обоснованием их строгой научности.  Редукция всего разнообразия эволюционных механизмов к одной адаптации и приводит как раз к «сведениию  сущности  вещей (морфологии)  к  их  генезису». Гулд (кажется?) не просто так сравнивал адаптационистские объяснения всего на свете — приспособлением, с киплинговскими «Историями рассказанными просто так». отличный образ отката в мифологическое сознание, которое «в  отличие от  науки  выводит  структуру  из  истории».

Мир

Измерение внутренней толпы. Вероятностные репрезентации внутри отдельного сознания.

Measuring the Crowd Within. Probabilistic Representations Within Individuals by Edward Vul and Harold Pashler

   Толпа часто обладает лучшей информацией, чем индивиды, которые в нее входят. Например, если людей просят угадать вес призового быка (Гальтон, 1907), то погрешность среднего ответа существенно меньше, чем средняя погрешность индивидуальных оценок. Этот факт, который Гальтон интерпретировал как поддержку демократического управления, отвечает за успешность опроса аудитории в телевизионной программе ‘Кто хочет стать миллионером’ (Surowiecki, 2004) и за превосходство комбинированных над индивидуальными финансовыми прогнозами (Clemen,1989). Исследователи сходятся во мнении, что это влияние толпы зависит от статистического факта: среднее значение толпы будет более точным до тех пор, пока некоторая ошибка одного индивида будет статически независима от ошибки других индивидов-это почти гарантированно. 

   Априори не очевидно, может ли подобное улучшение быть получено путем усреднения двух оценок от одного человека. Если одна оценка представляет собой наилучшую информацию, доступную человеку, как подсказывает обычная интуиция, то вторая догадка просто добавит шума, а усреднение двух только уменьшит точность. Исследователи ранее предполагали эту точку зрения и сосредоточились на улучшении наилучшей оценки (Hirt & Markman, 1995;Mussweiler, Strack, & Pfeiffer, 2000; Stewart, 2001).

Collapse )
Rose
  • aziopik

Выпрямляем историческую кривду вместе с фюрером (text edition)

Нам тут подбрасывают, что в этих ваших жежешках никто кино больше не смотрит, а только тексты якобы читают.

Конструктивная критика рефлексируется. По просьбам трудящихся начинаем работать над собой.

Для начала возьмем вот эту недавнюю видео-публикацию первой части превосходного доклада и снабдим её кратким изложением предъявленных тезисов.

Начинает фюрер с неожиданной стороны — с указания Хайеку на его место. Дескать, выдающийся экономист, но и только, никакой он не великий титан. Не святой, а всего лишь подвижник. Гениальный экономист, но говно как политический теоретик. Присутствующие в зале слушатели и зрители в ютюбе рыдают, не понимая, почему папа и мама не могут жить вместе в одном с нами доме в мире и согласии.

Поплясав на могилке недостаточно продвинутого австрийца (так будет с каждым, кто), фюрер переходит к истинной цели доклада, навеянной хайековской серией эссе «Капитализм и историки».

По славной австрийской традиции фюрер сначала выстраивает систему аргументации супостата (причём лучше самого супостата, как того и требует собственно традиция), прежде чем не оставить камня на камне от этой аргументации, используя наработки того же Хайека.

Collapse )